"Приступая к анализу мультфильма "Мой сосед Тоторо" (далее "Тоторо") по запросу печатного издания "АнимеГид", мы не можем не отметить, что весь фильм, как и ожидалось, носит ярко выраженный сексуализированный характер, что и выявлено нами методом активного стыка психодраматического и логикосемиосемантич

Первые же кадры - шествие девочки допубертатного возраста, которой угрожают гусеницы, жуки и ящерицы, - недвусмысленно символизирует невроз, рассматриваемый Фрейдом как фиксация на анальной стадии. Сцена, в которой отец привозит дочерей в старый дом, презентует зрителю первый, но далеко не последний фаллический символ - гнилую колонну, которую малолетние сестры сладострастно раскачивают их стороны в сторону. Так называемые "чернушки", в свою очередь, изображают подсознательный страх перед взрослением и вторичными половыми признаками.

Сцена, в которой обнаженный отец моется вместе с дочками в одной лохани, свидетельствует об отклонении в психике этого персонажа и его приверженности к сексуальным извращениям. По существу, эта сцена содержит аллюзии педофильного, садистского и фетишистского характера. На догенитальной стадии подобные действия отца недопустимы: вторгаясь в интимную сферу дочерей, он способствует развитию в них фригидности, сервильности, маскулинности, мазохизма, комплекса Электры и тоски по идеальному самцу(см. ниже).

В умелых руках фильм "Тоторо" мог бы способствовать оздоровлению психики подрастающего поколения, которое постоянно находится под влиянием стресса и потому нездорово по определению, однако создатели ленты равнодушны к проблемам молодежи. Они сознательно вводят зрителя в заблуждение, утверждая, что от страхов можно избавиться, если перейти в эйфорическое, возбужденное состояние, истерически смеяться и кричать. Неудивительно, что в итоге детей мучает паранойя и навязчивые галлюцинации с эротическим подтекстом.

Так, младшая сестра, Мэй, попадает в земляную нору, переживает вторичную родовую травму и находит огромное спящее чудовище - "Тоторо". Со всей очевидностью Тоторо являет собой воплощение ее фантазий об идеальном самце. Чудовище обладает всеми признаками самца: низкий голос, обильный волосяной покров, хорошо развитые челюсти, усы, толстый свисающий "хвост". Заметим, что знакомство Мэй с Тоторо начинается с того, что девочка трогает и гладит этот хвост, а также виснет на нем. Отзываясь на прикосновени, хвост шевелится, вздрагивает и приподнимается. Конечно же, такое поведение естественно не для хвоста, а для другого органа мужского тела.

Демонстрируя неосознанную инфантильную сексуальность, что подчеркивается концентрацией внимания на белых трусах Мэй, девочка пытается привлечь внимание самца, прыгает на нем, после чего засыпает в его шерсти. Вспомнив о метонимии (визуально-стилисти прием, которым один знак заменяется другим на основании их сходства), мы можем утверждать, что данная сцена метонимичесеи обозначает акт изнасилования самца Тоторо маленькой девочкой с особой жестокостью.

Сказанного достаточно, чтобы заключить: "Тоторо" может нанести психическому здоровью ребенка огромный вред. Полный анализ фильма занял бы слишком много места; отметим, что в фильме мы видим также галлюцинации сестер, вызванные наркотическими семенами, "котобус" с физиогномическими признаками маньяка-убийцы (см. "Типы преступников" Чезаре Ломброзо) и огромное дерево, древний фаллический символ, на котором и вертится мир создателя фильма Хаяо Миядзаки.

По нашему мнению, мультипликационная картина "Тоторо" пропагандирует насилие, инфантилизм, эскапизм, нездоровый эротизм и наркотическме вещества и должна быть запрещена навсегда."